А зори здесь тихие

 Работа над проектом

Впервые за всю практику мы решили в нашей школе создать короткометражный фильм по повести Бориса Васильева «А зори здесь тихие». Все с головой ушли в работу над интересным делом: перечитали повесть Бориса Васильева, распределили роли и с большим энтузиазмом трудились над ними. Дважды выступили с театрализованной постановкой перед ветеранами, школьниками, учителями, гостями. Потом провели фотосессию, создали рекламный ролик. Ко Дню Победы провели театрализованную постановку с участием всех перечисленных действующих лиц. Работа получилась захватывающей. Я написала киносценарий. К сожалению, проект не был завершён, сам художественный фильм мы не успели снять: многие ребята окончили школу и начали реализовывать свои жизненные планы. Все типажи настолько совпадали с ролями, что впоследствии других кандидатов на эти роли трудно было подобрать…

https://ok.ru/video/1655532751508

Сценарий короткометражного художественного фильма по мотивам повести Бориса Васильева «А зори здесь тихие»

Жанр фильма: лирическая трагедия в воспоминаниях.                                                                                    Автор сценария: Пимонова Светлана Васильевна                                                                                            Монтаж: Павлова Мария Ивановна                                                                                                                      В главных ролях:

Филипп Пичугин в главной роли

                                                                                                                                                                    Старшина Федот Васков – Филипп Пичугин                                                                                                       Рита Осянина – Валерия Думитриу                                                                                                                       Женя Комелькова – Ангелина Безобразова                                                                                                         Галя Четвертак – Алёна Пимонова                                                                                                                       Лиза Бричкина – Дарина Бонева                                                                                                                           Соня Гурвич – Екатерина Лысенко                                                                                                                         Альберт – Сергей Носов Альберт

                                                                    1 АКТ

                                                                  Сцена 1

              (Старшина Васков и взрослый Альберт ведут беседу за чаем, сидя за столом.)

Старшина Васков. А было это, Альберт, в мае 1942-го на 171 разъезде, где мне война приказала быть старшиной. (Альберту) Подлей горяченького (тот наливает чай). В последнюю бомбёжку рухнула водонапорная башня, и поезда перестали здесь останавливаться.

Альберт. Как мне помнится из твоих прежних рассказов, немцы, хоть и прекратили налёты, а всё равно кружили над разъездом каждый день.

Старшина Васков. Да-а. Поэтому командование и держало там на всякий случай два отделения зенитчиков, которые от тишины и безделья млели, как в парной. Мои нескончаемые рапорты и смена солдат во взводе ничего не меняли.

                                                                   Сцена 2

                                                           (Из воспоминаний)

Майор (только что прибывший по последним рапортам). Чепушиной занимаетесь! – Писанину развели. Не комендант, а писатель какой‑то!

Старшина Васков (немного тушуясь и чувствуя себя виноватым). Шлите непьющих… Непьющих и, это… Чтоб, значит, насчет женского пола.

Майор. Евнухов, что ли?

Старшина Васков (осторожно, опуская голову). Начальству виднее.

Майор (распаляясь от собственной строгости). Ладно, Васков… Будут тебе непьющие. И насчет женщин будет как положено. Но гляди, старшина, если ты и с ними не справишься…

Старшина Васков (деревянным голосом)Так точно.

                                                                               Сцена 3

                                                       (Из воспоминаний. Деревенская изба)

Старшина Васков. Уж две недели на разъезде ни слуху ни духу. Где ж таких добросовестных сыщешь – хоть весь фронт перечеши.

Хозяйка (вбегая в комнату). Зенитчики прибыли!

Старшина Васков. С командиром прибыли?

Хозяйка. Не похоже, Федот Евграфыч. Старшина Васков. Слава богу! – Власть делить – это хуже нету. Хозяйка (загадочно улыбаясь). Погодите радоваться.

Старшина Васков (надевая фуражку). Радоваться после войны будем (отодвигая шторку и глядя в окно). Мать честная! Нашли, значит, непьющих.

Сержант Кирьянова (входя и докладывая). Товарищ старшина, первое и второе отделения третьего взвода пятой роты отдельного зенитно‑пулеметного батальона прибыли в ваше распоряжение для охраны объекта. Докладывает помкомвзвода сержант Кирьянова.

Старшина Васков (выдержав паузу). Та‑ак (совсем не по‑уставному). Нашли, значит, непьющих…

                                                                        Сцена 4                                                                                                                                (Альберт с Васковым продолжают вести диалог за чаем)

Старшина Васков (Альберту). Бойцы оказались совсем молоденькими, и были они… девушками.        Альберт. «Непьющие» зенитчицы?

Старшина Васков. Да. На разъезде стало спокойно, но чувствовал я себя в кругу этих «ученых» бойцов очень неловко: образование-то моё было всего 4 класса. А главное беспокойство вызывал внутренний «беспорядок» – девушки все делали не «по уставу». И на всё у них как будто – разрешение от главнокомандующего. Стал я присматриваться к каждой из них. Сначала обратил внимание на строгую и замкнутую Риту Осянину.

Альберт. Мою маму…

Васков. Да…                                                                   

                                                                           Сцена 5

                                                         (Воспоминание Риты Осяниной)

Рита Осянина (в военной форме на фоне природных декораций ведёт монолог). Я – Рита Осянина. Из всех довоенных событий самое дорогое для меня – школьный вечер встречи с пограничниками. Именно в этот день я познакомилась со своим будущим мужем — застенчивым лейтенантом Осяниным. Мы вместе танцевали вальс, и он пошел провожать меня домой… (Подходит к берёзе, обнимая её, затем резко отходит к центру.) А потом были письма. По субботам – его короткие, а по воскресеньям – мои длинные. Мы поженились. И тогда я не знала, что 22-го – война, а 23-го я стану вдовой…

                                                                              Сцена 6

                                                                     (Диалог за чаем)

Альберт. Знаю, мама обрадовалась тому, что её переводят с передовой на разъезд. Рядом с разъездом в городе с бабушкой жил я.

Васков (утвердительно качает головой.) По ночам без разрешения она бегала навещать тебя… А вскоре в отделение прислали Женю Комелькову, на глазах которой немцы расстреляли близких.

                                                                             Сцена 7

                                                    (Воспоминание Жени Комельковой)

Женя Комелькова (жизнерадостно). Я – Камелькова Женя. Помню, как однажды я приехала к отцу на учения – он у меня военный. Иду, а навстречу мне полковник. (Изображает встречу.) Господи! Высокий, русоволосый, кареглазый! Я так и замерла. А он мне: «Разрешите познакомиться?». А я ему: «Разрешаю. Женя Камелькова». А он мне: «Не хотите на лошадях покататься?». А я ему: «Отчего же? Можно». А он мне: «А вы всегда такая веселая?». А я: «Всегда!». Так и влюбилась… Но пришла война и распорядилась по-своему: я теперь одна. Одна на всем белом свете. (Очень серьёзно.) И мне почему-то ничуть не весело…

                                                                 Сцена 8 (Диалог за чаем)

Васков (в это время Альберт ставит на стол вазу с вареньем или конфетами, подливает чай себе и Васкову). Женя была открыта и озорна. Рита с ней подружилась и «оттаяла», начала доверять Женьке все секреты. Потом их подругой стала и Галя Четвертак.

                                                                               Сцена 9

                                                          (Воспоминание Гали Четвертак)

Галя Четвертак (очень эмоционально). Я – Галя Четвертак, Эту фамилию дали мне в детском доме. Всю жизнь я мечтала о сольных партиях, длинных платьях и всеобщем поклонении. А потом я решила влюбиться. Придумала себе жениха, и весь детский дом был вскоре наводнен записками, письмами, слезами, свиданиями. Нет, вы не думайте, я не врала! Я просто мечтала! (Выдерживает паузу.) Война меня застала на третьем курсе библиотечного техникума. Она разрушила все мои мечты.

                                                                               Сцена 10

                               (Диалог за столом, чай уже не пьют, просто сидят, серьёзно разговаривая.)

Васков. Однажды после очередного ночного свидания с тобой Рита столкнулась с двумя немецкими диверсантами, двигающимися в сторону железной дороги. Немедленно разбудила меня, доложила об этом. (Взволнованно встаёт, идёт по комнате.) Понял я: надо перехватить противника. В моё распоряжение были выделены 5 девушек.

Альберт. Рита Осянина, Женя Комелькова, Галя Четвертак, Соня Гурвич и Лиза Бричкина…

                                                                              Сцена 11

                                                            (Воспоминание Сони Гурвич)

Соня Гурвич (лирично). Я – Соня Гурвич, бывшая студентка второго курса Минского университета. Вместо танцев я бегала в «читалку» и в театр. Как память о довоенной жизни у меня осталась только эта тоненькая книжечка со стихами Блока (показывает, перелистывает брошюру). Ее подарил мне (посмеиваясь) очкастый сосед по лекциям, с которым я провела единственный вечер в парке имени Горького... (Выдерживает паузу.) А потом я надела форму и сапоги на два размера больше…

                                                                               2 АКТ, 1 часть

                                                                                  Сцена 1

                                                        (Васков и Игорь идут с удочками на рыбалку)

Васков. Решили идти коротким путём к Вопь-озеру. Через болото переправились благополучно.

Альберт. Если не считать того, что Галя Четвертак потеряла в болоте сапог и, промокши, заболела…

                                                                               Сцена 2

 (Из воспоминаний. Сцена в лесу. Федот Евграфыч из фляжки (750 граммов) наливает в кружку немного спирта, подносит Соне Гурвич)

Васков. Так примешь или водой разбавить?

Соня Гурвич. А что это?

Васков.  Микстура. Ну, спирт, в общем?

Соня Гурвич (машет руками, отодвигаясь.)  Ой, что вы, что вы…

Васков. Приказываю принять! (Подумав, затем разбавив содержимое кружки водой.) Пей. И воды сразу.

Соня Гурвич. Нет, что вы…

Васков.  Пей без разговору!

Соня Гурвич. Ну, что вы в самом деле! У меня мама – медицинский работник…

Васков. Нету мамы. Война есть, немцы есть, я есть, старшина Васков. А мамы нету. Мамы у тех будут, кто войну переживет. Ясно говорю?

Соня Гурвич (берёт кружку, пьёт, давясь, со слезою пополам.)  Голова у меня… побежала!..

Васков (слегка постукивает Соню по спине).  Завтра догонишь. (Соня размазывает слёзы, улыбаясь Васкову. Старшина приносит лапника, снимает свою шинель, укрывает ею Соню.)

Васков.  Отдыхай, товарищ боец.

Соня Гурвич. А вы как же без шинели‑то?

Васков. Я здоровый, не боись. Выздоровей только к завтраму. Очень тебя прошу, выздоровей.

                                                                        Сцена 3

                                                             (Диалог на рыбалке)  

Альберт (задумчиво). В наших местах тихо, «как во сне».

Васков. «И до войны края эти не очень-то людными были, а в войну и вовсе одичали, словно и лесорубы, и охотники, и рыбаки ушли на фронт»…

Альберт (после паузы). С двумя диверсантами рассчитывали справиться, конечно, быстро…

Васков после паузы, встаёт, вытаскивает удочку, насаживает на крючок червяка). Немцы появились только наутро, и их оказалось не двое, а… шестнадцать.

Альберт. Пять девчат против 16-ти фашистов…

Васков. Только Лиза Бричкина умела ориентироваться в лесной местности – пришлось послать её за помощью на разъезд… – именно ту девушку, которую я полюбил всей душой…

                                                                             Сцена 4

                                                      (Воспоминание Лизы Бричкиной)

Лиза Бричкина. Меня зовут Лиза Бричкина. Все свои 19 лет я прожила в ожидании счастья, которое так ко мне и не пришло… Сначала я ждала возвращения в школу, которую бросила из-за болезни матери, потом — свиданий с подружками, потом- редких свободных вечеров на пятачке, возле клуба. Потом ждала, что придет Он, которого я буду любить всю жизнь, потом… Потом ждать стало нечего: война.

                                                                           Сцена 5

                                         (Возвращаются с рыбалки, держа в руках удочки, ведро)

Васков. А чтобы спугнуть немцев и заставить их идти в обход, мы с оставшимися девушками притворились лесорубами: громко перекликались, палили костры, рубили деревья.                                      Альберт. А отчаянная Женя Комелькова даже купалась в реке на виду у диверсантов.

Васков. Немцы ушли, и все подумали, что самое страшное миновало… Но я-то отлично понимал, что «врага да медведя с глазу спускать не годится». И тогда мы ещё не знали о том, что Лиза не дошла до своих…  утонула в болоте.

                                                                      Сцена 6

                                         (Из воспоминаний о гибели Лизы Бричкиной.)

Лиза Бричкина. Болото… Последний кусок до сухой земли оставался. Огромный пузырь вспучился так неожиданно, что я рванула в сторону. Всего шаг в сторону, а ноги сразу потеряли опору. Тропа была где-то рядом – шаг, полшага от нее, но эти полшага уже было невозможно сделать. “Помогите! На помощь!..” Это был жуткий одинокий крик, раздавшийся над равнодушным ржавым болотом… Над деревьями медленно всплыло солнце, и я в последний раз увидела его свет – теплый, нестерпимо яркий, как обещание завтрашнего дня. И до последнего мгновения верила, что это завтра будет и для меня… (На заднем плане появляется старшина Васков, медленно на расстоянии приближается к Лизе, не доходя до неё двух шагов.Лиза делает шаг в сторону, снимает пилотку, опускает голову. Старшина Васков удаляется.) Торопилась я очень, все хотела успеть,                                                                                                     И, как вы обещали, с вами песню допеть.                                                                                                             Я ведь вас полюбила.… Ах, зачем эта смерть?                                                                                                   Торопилась я очень, все хотела успеть…                                                                     

                                                                 2 АКТ, 2 часть                                                                                                                                                            Сцена 1

                                     (Место в лесу, в расселине, где погибла Соня Гурвич)

Васков. Здесь была убита Соня Гурвич — побежала за забытым мной памятным кисетом, хотела уважить, милая моя.

Альберт. Ты не успел её остановить? (Васков кивает утвердительно головой.) 

Васков. А потом был далёкий, слабый, как вздох, почти беззвучный крик… Мы с Женей нашли её, убитую двумя ударами ножа. И с ней же, с Комельковой, отомстили за Соню тем двум фрицам, подкараулив их и безжалостно уничтожив (продолжает с сильной экспрессией), потому что «не люди это, не человеки, не звери даже – фашисты». (Закрывает лицо руками. Говорит после паузы.) У одного из них нашел в кармане то, что искал – кисет. Мой, личный, старшины Васкова, кисет с вышивкой поверх: «ДОРОГОМУ ЗАЩИТНИКУ РОДИНЫ!..» Милая девочка Сонечка, как проникновенно ты читала стихи!                                                                          

                                                                           Сцена 2

                                                 (Из воспоминаний: гибель Сони Гурвич)

Соня Гурвич. Бежала без всякой опаски по дважды пройденному пути, торопясь притащить старшине Васкову забытый на пеньке кисет. Бежала, радовалась и понять не успела, откуда свалилась на хрупкие плечи потная тяжесть, почему пронзительной, яркой болью рванулось вдруг сердце. Нет, успела. И понять успела, и крикнуть, потому что не достал нож до сердца с первого удара… Две узких дырочки виднелись на гимнастерке: одна в грудь, другая пониже – в сердце. (Соня открывает томик стихов А. Блока и читает.)

«О, я хочу безумно жить:                                                                                                                                        Всё сущее  — увековечить,                                                                                                                                      Безличное – вочеловечить,                                                                                                                                    Несбывшееся – воплотить!»

                                                                         Сцена 3

                                 (Старшина Васков с Альбертом идут по лесной тропинке)

Васков. А здесь мы потеряли Галю Четвертак. Неопытная она была, растерянная… В разведку её взял в целях воспитания. Но не выдержала… Четвертачок, маленькая, романтичная, жившая в своём, выдуманном мире. При виде убитой Сони она была сломлена ужасом реальной войны.

Альберт. Кажется, она испугалась и кинулась наперерез врагам? И была сражена автоматной очередью?

Васков. Да. Фронтовая истерия.

                                                                               Сцена 4

                                                  (Из воспоминаний: гибель Гали Четвертак)

Галя Четвертак. Немцы шли молча, пригнувшись и выставив автоматы. Васков успел толкнуть меня в кусты и шепнул: “Замри!” Сам за валун завалился, поймал мой взгляд – и словно оборвалось в нем что-то. Испугалась я. Перед глазами вдруг всплыло мертвое лицо Сони. Физически, до дурноты, чувствовала тяжелый запах крови, и это рождало во мне тупой, чугунный ужас. А-а-а! (Падает лицом к земле с заломленными за головой руками.)

                                                                                   2 АКТ

                                                               3 часть (Подготовка к кульминации)

                                                                                  Сцена 1

                                                                 (Васков и Игорь сидят на камне)

Васков. На тот момент немцев оставалось 12.

Альберт. Дюжина.

Васков. Я хотел увести диверсантов как можно дальше от Риты и Жени. До ночи метался между деревьями, шумел, стрелял, кричал, увлекая их за собой. Потом, раненый в руку, спрятался на болоте. А на рассвете увидел чернеющую на поверхности болота… армейскую юбку Лизы Бричкиной, привязанную к шесту… Только тогда понял, что девушка погибла в трясине…

Альберт. Надежды на помощь теперь не было…   

Васков. В поисках диверсантов набрёл на заброшенную избу, оказавшуюся убежищем немцев. Когда фрицы ушли на разведку, одного из оставшихся в ските убил, забрав его оружие. Встретившись с Ритой и Женей…

Альберт. Сообщил им о том, что Галя и Лиза погибли смертью храбрых, и о том, что оставшимся в живых предстоит принять последний, по всей видимости, бой.

Васков (встаёт, идёт вперёд, за ним – Альберт). Когда начался этот бой, мне казалось, что я последний сын своей Родины и последний ее защитник. Но знал в этом бою одно: не отступать. Не отдавать немцу ни клочка на этом берегу. И мы не давали немцам перейти на другой берег реки.                                       Федот Васков знал: бьют ещё винтовочки девчат – значит, живы они и держат ещё свой фронт, свою Россию! Держат!..

Альберт. Маму тяжело ранило в живот осколком гранаты…

Васков. Она силилась улыбнуться… Когда отстранил мягко её руки от живота, понял, что всё… Даже разглядеть было трудно, что там, потому что смешалось всё – и кровь, и рваная гимнастерка, и вмятый туда, в живое, солдатский ремень…  (Альберт болезненно реагирует, опуская голову вниз).

Альберт (поднимая голову). А Комелькова в это время, отстреливаясь, старалась увести за собой немцев. Веселая и неунывающая, Женька даже не сразу поняла, что ее ранили…                                        

                                                                             Сцена 2

                                              (Из воспоминаний: гибель Жени Комельковой)

Женя. Я ни на мгновение не сомневалась, что всё окончится благополучно, и даже когда первая пуля ударила в бок, я просто удивилась. Ведь так глупо умирать в девятнадцать лет… Да, я стреляла в них, стреляла и … пела. (Поёт.) Когда на смерть идут – поют,                                                                                  А перед этим можно плакать.                                                                                                                                Ведь самый страшный час в бою –                                                                                                                  Час ожидания атаки.                                                                                                                                              Был бой короткий, а потом                                                                                                                                    Лежала я под синим небом.                                                                                                                                    Неужто все? Неужто все?                                                                                                                                      Из нас еще никто и не жил…

                                                                   

                                                                       Сцена 3

                                                    (Васков с Альбертом стоят у сосны)

Васков. Понимая, что умирает, Рита рассказала мне о сыне Альберте (смотрит на Альберта) и попросила позаботиться о нём. Я засомневался, стоило ли беречь канал и дорогу такой дорогой ценой – ценой гибели девочек, впереди у которых была вся жизнь?

Альберт. А мама ответила: «Родина не с каналов начинается. Совсем не оттуда. А мы ее защищали. Сначала ее, а уж потом канал».

                                                                               Сцена 4

                                             (Из воспоминаний: гибель Риты Осяниной)

Рита. Сначала боли почти не было, только всё сильнее пекло в животе и хотелось пить. Васков, уйдя в разведку, оставил наган, два патрона в нём, но всё-таки спокойнее с ним. Старшина скорее почувствовал, чем расслышал мой слабый выстрел. Я выстрелила в висок, и крови почти не было.

Васков (медленно двигаясь в сторону Риты). Я к ней подойду и шинелью укрою.

Осянина: О чем-то мне скажешь,                                                                                                                          Но я не услышу.

Васков: Спрошу – не ответит,                                                                                                                               А нас рядом двое.

Осянина. Один только дышит.

Васков. Я знаю, не встанет,                                                                                                                                    Я все понимаю.                                                                                                                                                      Зачем же я хлеб                                                                                                                                                    На две части ломаю?

                                                                                    3 АКТ                                                                                                                                                                Сцена 1. Кульминация.

                                                   (Из воспоминаний: монолог Старшины Васкова)

Васков. Покачиваясь и оступаясь, Васков шел к избе, он знал, что там немцы. Сил уже не было. Он рванул дверь и крикнул: “Хенде хох! Лягайт!”. Нет, не крика они испугались, не гранаты, которой размахивал старшина. Просто подумать не могли, в мыслях представить даже, что один он, на много верст один. Не вмещалось это в их фашистские мозги, и потому на пол легли, мордами вниз, и повязали друг друга ремнями. “Что, взяли? Взяли, да? Пять девчат, пять девочек было всего, всего пятеро! А не прошли вы, никуда не прошли и сдохнете здесь, все сдохнете! Лично, каждого убью! А там пусть судят меня, пусть судят…” Тот последний путь он уже никогда не мог вспомнить. Колыхались впереди немецкие спины, сознание уходило от него, и чудились ему в белесом мареве его девчата, все пятеро, а он всё время шептал что-то и горестно качал головой. Сцена 2. Эпилог. (Под мелодию «А зори здесь тихие» на экране транслируются фотографии, в это время звучит голос за кадром – молодой турист из будущего, спустя много лет после войны, зачитывает письмо.) «…Привет, старик! Ты там доходишь на работе, а мы ловим рыбёшку в непыльном уголке. Правда, комары проклятые донимают, но жизнь все едино райская! Давай, старик, цыгань отпуск и рви к нам. Тут полное безмашинье и безлюдье. Раз в неделю шлепает к нам моторка с хлебушком, а так хоть телешом весь день гуляй. К услугам туристов два шикарных озера с окунями и речка с хариусами. А уж грибов!.. Впрочем, сегодня моторкой приехал какой‑то старикан: седой, коренастый, без руки, и с ним капитан‑ракетчик. Капитана величают Альбертом Федотычем (представляешь?), а своего старикана он именует посконно и домотканно – тятей. Что‑то они тут стали разыскивать – я не вникал… …Вчера не успел дописать, кончаю утром. Здесь, оказывается, тоже воевали. Воевали, когда нас с тобой еще не было на свете. Альберт Федотыч и его отец привезли мраморную плиту. Мы разыскали могилу – она за речкой, в лесу. Отец капитана нашел ее по каким‑то своим приметам. Я хотел помочь им донести плиту и – не решился. А зори‑то здесь тихие‑тихие, только сегодня и разглядел…»

КОНЕЦ ФИЛЬМА

Кому интересен проект по теме создания фильмов в рамках школы — присоединяйтесь к обсуждению.

Если есть пожелания о написании новых сценариев, зарегистрируйтесь на сайте и оставьте свои предложения в комментариях или на странице «Контакты».

Поделитесь статьёй в соцсетях: возможно, многим друзьям она поможет найти новые идеи для создания творческих текстов.


Поделиться ссылкой:

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.